66580

Вы когда-нибудь задумывались: какой процент ребят, выпускников воскресных школ остаются в храме в качестве надёжных и постоянных прихожан?

Почему среди прихожан так мало тех, кому в квартиру можно подселить человека, попавшего в трудную жизненную ситуацию?

Почему волонтёрские группы посещающие детские дома меняют свой состав раз в три месяца?

Почему нам трудно собирать молодёжные группы на приходах постоянно?

Почему в епархиях на десять приходов — одна молодёжная группа?

Почему мыслящие люди, способные организовать замечательные миссионерские проекты, шарахаются от нас как от прокажённых?

Почему большинство околоцерковных мероприятий (ярмарки, фестивали, рок-концерты и т. д.) организуется малоцерковными или даже вообще нецерковными людьми?

Почему наши культурно-массовые мероприятия вызывают огорчение почти у всех наших самых известных миссионеров?

Почему встречи наших миссионеров так сильно похожи на реанимационные мероприятия, совершаемые на борту вертолёта?

Позволю сделать предположение: НАША МИССИЯ НЕЭФФЕКТИВНА.

И дело даже не в том, что кто-то плохо выполняет свои обязанности, а в том, что она неэффективна в своих принципиальных основах. Посмотрите, друзья, наши миссионеры сейчас выступают по телевизору, имеют персональные блоги, их можно услышать по радио, их можно встретить в школах, ВУЗах, в банках, тюрьмах, больницах и на вокзалах. Перед нами фотографии, свидетельствующие, казалось бы, о широте охвата нашей миссии. Вот батюшка в окружении морских пехотинцев, это известный миссионер в окружении артистов эстрады, победителей олимпиады по «хохломе» (росписи по салу) среди космонавтов, депутатов, воров в законе… Что не так? 

Вспоминаю свои регулярные посещения «подшефных» школ. (Их у меня 4). Нет, это не встречи со старшеклассниками или преподавателями. На это у школ нет времени. Я здесь нужен только для линейки и для актового дня. (Ещё раз в год хожу на родительские собрания, где я представляю модуль Основ Православной Культуры в проекте духовно-нравственного компонента среднего образования.) Всё!!! Зачем я нужен на церемониальных мероприятиях? Да, так принято в культурном обществе. Однако ко мне есть требования: Мне даётся для выступления ограниченное количество времени. Так вот… Это время зависит от того, насколько я «адаптирован» к светской аудитории. Если я в своей трёхминутной речи использую слова: «Российская федерация», «толерантность», «правовое государство», «демократичность», «права человека», «национальные традиции», «патриоты России», «нравственные ценности», то в следующий раз мне дадут времени больше, чем сейчас. Если я буду говорить такие слова: «Христос», «святые мученники», «борьба с грехом», «бесноватые люди», «падшие ангелы», «истина», «святость брака», «блудное сожительство», «бесправие бедных», «безнаказанность властей», то это время будет сокращаться или даже вообще из сценария праздника каким-то образом исчезнет. Так и было несколько раз: на трибуну посадили, сфотографировали, пожали руку и попрощались.

Как вы думаете, это миссия? Я думаю, что нет, хотя понимаю, что со мной многие не согласятся.

А почему я не признаю такие мероприятия миссией? Потому что они (за редким исключением) не приводят человека ко Христу. Если человек поговорил с вами о Боге и не получил вызова встать перед Ним (вместе с вами) на колени, то вы не миссионер, вы пропагандист.

Знаете, моё первое образование — гражданский инженер. И моя первая светская специальность даёт мне отличную иллюстрацию к нахождению соотношений миссии и пропаганды. Вы видели, как строятся высотные здания? Сперва фундамент, потом первый этаж, потом ставят леса, затем второй этаж, снова леса и т. д. Когда здание накрывается крышей, проводятся фасадные работы, после чего леса снимаются.

Так вот… Церковь — это здание, а монархия, патриотизм, идеология правового и мультирелигиозного государства (которой охвачены все наши запрестольные трапезы с мэрами, спонсорами и силовиками) — это всего лишь строительные леса! И они однажды будут сняты. Об этом сейчас очень важно говорить в связи с тем, что мы перестали строить собственно само здание. Строительные леса — это не просто идея-фикс, вокруг которой сейчас протекает наша современная религиозная жизнь. Проблема в том, что мы строим эти леса из золота. Мы ставим на них тонированные стёкла, джакузи, финскую кожанную мебель. Мы «продаём» блоки строительных лесов по рыночной цене. Мы, вероятно невольно, неосознано вводим людей в заблуждение относительно того, что эти «офисы» и есть сама Церковь, и есть место спасения. Но всё это будет сожжено огнём вместе с нашими благодарственными письмами и патриаршими грамотами. Я не считаю, что все спонсоры, мэры и силовики пойдут в ад. Они могут быть спасены. Но для них есть те же условия спасения, что и для всех христиан: покаяние и вера. И если эти условия игнорируются, замалчиваются — наше христианство — безблагодатно! А если это так, то хоть заставь всех олигархов петь гимн «Боже, царя храни», хоть увешай все абортарии и банки иконами, хоть назови все ракетно-космические соединения именами святых — это ничего не изменит. Сильные по прежнему будут угнетать слабых и горделивые безбожники будут по-прежнему превозноситься над смиренными детьми Божьими. Всё это приведёт к окончательному падению нравов и утрате Божьего благословения. Сейчас мы все священники и миряне, бедные и богатые, все должны обединиться вокруг идеи «получения гражданства» в Царстве Небесном. Мы должны захотеть изменить свою жизнь не для того, чтобы она стала интересней и богаче, а для того чтобы угодить Богу, прославить Его и отблагодарить Его за все Его многочисленные благодеяния. И мы должны дать право Самому Богу решать какая молитва правильная и какая благодарность истинная. Только так мы сможем расчитывать на Его благословение и тогда наша миссия станет эффективной, наша страна сильной, а жизнь счастливой.

И последнее: я сторонник евхаристического возрождения Церкви. За последнее время священнослужители много поработали над популяризацией этой идеи. Мы добились того, что люди поняли, что нужно не просто свечки ставить в храме, но хотя бы иногда причащаться. Теперь мы должны говорить о роли живой общины. Община не должна рассматриваться нами в качестве факультативной составляющей духовной жизни. Нет. Община должна стать тем, чем она была в ранней Церкви — условием принадлежности человека к Церкви как телу Христа, условием совершения и благодатного принятия святой Евхаристии. Без этого у нас никогда не будет подлинной христианской миссии, а будет только статистика и бюрократия. У нас будет именно такое состояние, которое разоблачал Господь очень нелицеприятными словами:

«Знаю твои дела: ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих, Ибо ты говоришь: `я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды’; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг. 

Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть» (Откр. 3:15-18).